Охота на вальдшнепа глазами подростка рассказ и впечатления

Александр Иванович Куприн “Вальдшнепы”

Нас только двое: я и брудастый белый пойнтер Джон, кобель чистой английской породы. Он обладает чудеснейшим верхним чутьем, на охоте строг и неутомим; ни воды, ни болота не боится. Но есть у него один порок,- который “тонкими” охотниками считается совершенно портящим все прекрасные достоинства подружейной собаки. Он, увы, неравнодушен к зайцам. В прошлом году лесной объездчик Веревкин, натаскивая Джона, прозевал, по небрежности, что полем, прямо на Джона, мчится как оголтелый осенний русачище. Ему бы тут надлежало сейчас остановиться, притянуть к себе пса за ошейник и легонько его образумить плетью: ты, мол, сукин сын,- собака благороднейших кровей, и не тебе, как какому-нибудь выжлецу, гоняться за зайцами. А когда Веревкин успел опамятоваться, пойнтер уже нагнал косоглазого и, весь в крови заячьей, стал его освежовывать. Правда, потом Веревкин отнял у него косого, но что тут толку? Хлебнувший горячей заячьей крови, стал английский кобелек совсем никуда не годным. Пробовали его и учить, и стыдить, и уговаривать, и наказывать, и плеткой его лупили несосветимо. Нет, ничем невозможно было у него эту страсть чертовскую из души выбить. Бывает учует, бог знает из какой дали, красную дичь, бекаса, дупеля, тетерева, глухаря,- учует и тянет по нему. Весь, как струна. Не дышит, ни листиком, ни веточкой не зашуршит. Только на охотника оком взирает. “Видишь? Идешь?” И вот в этот-то напряженный момент, когда охотник весь дрожит от волнения, принесет нечистая сила сумасбродного русака – и прощай все. Ведь за полверсты их, проклятиков, Джон учуивал. Бросит живой пахучий след и айда сломя голову. Только его и видели. Вернется домой к вечеру. Морда вся з крови. Бить его станут – молчит. “Знаю, мол, что виноват, и сам не рад этой противной шали. А вот ничего с ней поделать не могу. Бейте! Заслужил”.

Да и сам объездчик Веревкин, после того как знаменитого пса испортил, стал шибко винцом баловаться и охотничий азарт потерял. А какой был охотник! Какой знаток! И вот погиб человек за собаку.

Но теперь, в этот весенний вечер, и я, и Джон, оба идем спокойные и уверенные в себе *. Ничто на свете нас не волнует, кроме того, что сейчас вот-вот из неведомой дали послышатся первые едва внятные звуки вальдшнепиной тяги. И никакие зайцы нам не помешают. Осень и зима – вот это заячьи времена года, когда зайцы бегают по чернотропу и испещряют следами белые снега. А раннею весною зайцы куда-то исчезают, прячутся.

Начинающее потухать синее небо все в белых барашках. Закат тихий, розовый – приметы хорошей погоды на завтрашний день.

Мы уже давно и далеко отошли от человеческих домов; идем узкими тропами, наезженными колеями, переходим через болота, ручьи и речушки по древесным гатям, которые местные крестьяне называют лавами. Нам надо найти такое гладкое и сухое местечко, которое, с одной стороны, было бы удобно для прицела и выстрела, а с другой – заманчиво для вальдшнепов, пролетающих в блаженном безумии всемогущего тока.

Пахнет завязями ольхи. Ее длинные сережки терпко благоухают, подобно клейкому тополю. Березовые распускающиеся листочки посылают свой смолистый аромат. Джон начинает волноваться. Его слух, конечно, слабее, чем у кошки, но он во много-много раз острее, чем у человека, которого природа скудно одарила всеми чувствами, дав ему взамен огромное обладание умом, делающим его то великим, то несчастным. Для меня уже несомненно, что Джон в расстоянии, не доступном для моего слуха, успел поймать и опознать звуки вальдшнепа, стремительно летящего на ток. Я пристально гляжу на собаку, как красив в эту минуту гладкий, белый, сильный, весь дрожащий пойнтер! Его нетерпеливая морда обращена на северо-восток. Каждый мускул его напряжен изо всей силы. Я знаю, что ему хочется визгом известить меня, тугоухого: уж близко вальдшнеп.

Но на охоте есть суровый закон, строго запрещающий в охоте на дичь и людям, и собакам всякие звуки и слова, не идущие к делу; и Джон молчит, содрогаясь всеми мускулами тела. И в его глазах, с мольбой обращенных ко мне, я ясно читаю: “Да неужели ты не слышишь, такой жалкий беспомощный че-к, что он летит на нас, что он уже близок. Бери же, наконец руки свое железное, длинное орудие, которое извергает гром, и огонь, и смерть. Зачем ты тянешь время?”

Мне становится стыдно перед собакой, и я загораюсь охотничьим пламенем, уши мои как будто бы разверзаются, и теперь с ясностью и со страстью я узнаю снова давно знакомые мне два колена вальдшнепиной тяги. Сначала два хоркающих звука “хру-хру”, и тотчас же за ними два нежных свистка, “фью-фью”.

– Хру-хру, хру-хру, фью-фью. Хру-хру, фью-фью, хру-хру, фью-фью.

У кого из ружейных охотников не дрожали руки и не холодели щеки при первом выстреле в весеннего вальдшнепа на тяге? Так и я с бледными губами и дрожащим сердцем навел прицел. Вальдшнеп летел прямо, как пуля. Я нажал на собачку. Ахнул со звоном оглушительный выстрел. Загудело в ушах, приклад бвльно отдал в левое плечо, и сурово запахло порохом.

Джон, неистово трясясь от восторга, спрашивал глазами: “Что же не велишь принести птицу? Ты только приказывай, о, огненный человек. Ты только бей их, а я тебе их все до одного перетаскаю, хоть все, которые есть на свете”.

– Шерш,- сказал я, и Джон красиво, точно в воду, нырнул в глубокую чащобу. Он выкатился из кустов не позже двухминут, но за это время я успел увидеть сквозь темнеющий закат, что против меня на пригорочке в камышах стояла Устинья,старшая дочка лесника, здоровая, веселая и красивая девка.

Я пригрозил ей несердито пальцем: не шуми, мол, и деревьевне шатай. И она, понявши, успокоительно кивнула два раза головой: “Это я понимаю, недаром лесника дочка”.

Я убил за эту тягу двенадцать вальдшнепов. Все плечо отбило тяжелое ружье, да и устал я. Джон разобиделся на меня: “Зачем прекращаешь охоту? У них теперь самый лет пошел. Всех бы их перебили, сколько есть на свете”. Но я уперся. Был у меня такой охотничий завет: убей столько, сколько съесть можешь, а больше стрелять уж это совсем напрасно. Я и так четыре штуки по жадности ухлопал. Пришлось отдать в подарок Устинье. Уж очень смешно с ней торговаться было. Языкатая она девчонка была. Я говорю:

-Вот тебе, Устюша, четыре вальдшнепа, а ты меня один

Читайте также:  Автоматические кормушки для аквариума: преимущества и недостатки

-Эка ты, бесстыжий какой. Да ведь мы с тобой на крестинах у Бобылевых покумились, кумом да кумой сделались, а кумовьям, ты спроси хоть любого попа, он тебе скажет, любовью заниматься – это грех самый тяжелый и непростимый.

-Да то любовь, а то поцелуй, с кумою и на пасхе и при

водочке целоваться нисколько не зазорно.

– Так ты и приходи на пасху, тогда я тебя и три раза с удовольствием расцелую.

-Да постой, Устюша, ты это дело не с той стороны разбираешь. В брак мы с тобой, кума с кумом, никак не можем вступить, а поп нас венчать никогда не станет. А целоваться-то нам ничуть не заказано, и целовать мы можем, где захотим, и нам это будет отнюдь не поцелуй, а как бы ликование безгрешное,

А она вдруг как расхохочется.

-Знаю я это, знаю. Ты его считай за апостола, а он хуже

кобеля пестрого. Вон на джонкин манер.

Славная она была девка, эта Егорова Устюша.

А перед войной я жениха нашел подходящего, помощника механика на паровозе, Илюшку Лаптева. Сам и посаженным отцом был у них на свадьбе. Эх, парочка какая была ладная. Посмотреть было любо на них.

Темнеет. Трудно видеть предметы. Я укладываю в ягдташ длинноносых вальдшнепов и перекидываю через плечо ружье. Добрый, ласковый голос Устюши спрашивает:

-Ужинать домой пойдете или у нас, у батюшки, поужинаете?

-Если можно, то, пожалуй, к вам пойду.

-Да сделайте милость. Вы парочку птиц мне дайте, я вперед побегу и для вас кулеш состряпаю.

– Прекрасно,- говорю я. И я отлично знаю, что Устюшу вовсе не кулеш с вальдшнепом интересует, а мои незатейливые рассказы о морях, горах, народах, обычаях.

Ум у нее светлый, любопытный и никогда не насытимый.

-Да то любовь, а то поцелуй, с кумою и на пасхе и при

Выбираем подходящее время

Сезон охоты на вальдшнепа открывается дважды в год – весной и осенью. Но некоторые охотники предпочитают осеннюю, позволяя им дать потомство, а заодно нагулять жир за лето. Вполне разумная практика, выдающая опытного дальновидного человека.

Срок осенней охоты на вальдшнепа обычно составляет около двух месяцев. Начало же и конец определяются в конкретной области индивидуально – об этом всегда можно узнать в отделении охотничьего союза.

Увы, но без собаки охота на вальдшнепа осенью обречена – вернуться с добычей едва ли получится даже у опытного охотника.

С манком

Сама по себе такая категория очень распространена в охоте дичи любого типа. Но для пернатого хитреца будет интересным методом его поимки и отстрела. Относится к весеннему периоду. Основной смысл – использование дополнительного инструмента ловца с звуковых сопровождением. С помощью него охотник зазывает мужа вальдшнепа в зону удобную для поражения. Звук манка копирует позывы самки. Метод эффективен как раз в брачный период птиц. Тогда самец очень увлечен жаждой будущего размножения и ухаживаниями за самкой. Большую часть подозрительности и осторожности теряет.

Качество метода сможет повысится если охотник:

  • Обладает навыком точной стрельбы;
  • Имеет музыкальный слух;
  • Стрелок обладает быстрой реакцией и принятием решений.

Музыкальный слух помогает стрелку правильно копировать самку. Навык точной стрельбы необходим для эффективного поражения самца, без образования подранков. Их после очень легко потерять в лесу. А реакция нужна ловцу в случае нестандартных поворотов событий в момент сближения птицы с зоной поражения. Хитрость и чутье у вальдшнепа на высоком уровне. Он может в любой момент резко сменить траекторию полета или изменить свое поведение как-то еще.

Легавые за свои врожденные качества работы с ружейной охотой, поиском добычи, особой стойкой и другим – самые качественные в ведении боя куликов.

#13 hunter22

  • Ветеран
  • Группа: Авторы рассказов
  • Сообщений: 4 810
  • Регистрация: 07 Апрель 09
  • Оружие: разное
  • Наверх
  • Цитата
  • Ответить


hunter22 (7.3.2010, 21:40) писал:

Охота на вальдшнепа глазами подростка рассказ и впечатления


Нечего и говорить, что осенняя охота на лесного кулика возможна только с подружейной собакой. Поднять вальдшнепа в осеннем лесу без собаки можно лишь случайно, подойдя буквально вплотную к птице и чуть не наступив на неё. Не все вальдшнепы ведут себя одинаково при приближении человека. Одни затаиваются до последнего, другие стараются убежать и спрятаться поодаль. Таких большинство, но многое зависит и от места, где оказалась птица в момент приближения опасности.

Осенняя охота на вальдшнепа

Вальдшнеп, относящийся к лесной (боровой) дичи – известная и любимая многими охотниками птица с оперением камуфляжной окраски, относится к отряду ржанкообразных, то есть к куликам.

В охотничьей литературе еще со времен С.Т.Аксакова вальдшнепа относят к лесной (боровой) дичи и почтительно причисляют к разряду «красной» (т.е. благородной) дичи, на основании чего он, наравне с дупелем, удостоен чести быть приготовленным непотрошенным. Таким образом подчеркивается его внутренняя чистота и благородство (хотя на самом деле здесь кроется гастрономический секрет – непотрошеная птица не пересохнет в духовке, сохраняя весь внутренний жир, что сделает готовое блюдо нежным и сочным).


Он полон загадок – все его братья-кулики это жители открытых околоводных пространств, часто держатся стаями, выводками, весьма заметны, голосисты и подвижны как на земле, так и в воздухе.

Фото
читателей (0)

Это уже более сложный вид. Для охотника потребуется не только специальный манок, издающий характерные звуки, но и минимальный музыкальный слух. Надо стараться заинтересовать птицу, а не просто свистеть. Манок на вальдшнепа имитирует звуки дерущихся самцов или «игрунков», как говорят охотники.

Непредсказуемый вальдшнеп

Охота на вальдшнепа из-под легавой собаки является одним из самых захватывающих и азартных процессов, доступных любителям охоты на пернатую дичь.

Эта птица знаменита своей осторожностью, проворством и стремлением быть «не такой, как все». Гнездится вальдшнеп в лесу, выбирая для своих выводков труднодоступные и хорошо защищенные от потенциальных хищников места. Основным блюдом лесного кулика, как еще называют вальдшнепа, являются дождевые черви. Поэтому вероятность обнаружить эту птицу весьма высока там, где черви водятся в изобилии.

Заметить неподвижно сидящую на земле птицу очень сложно из-за особенностей ее окраса. К тому же вальдшнеп предпочитает скрытный образ жизни, активная часть которой приходится на ночное время.

Найти богатые вальдшнепом места среди охотников считается большой удачей. Можно, конечно, наслаждаться охотой и по единичным экземплярам, но когда дичи вокруг много, то и удовольствие от охоты значительно выше. К тому же вальдшнепа не так уж и легко добыть, поскольку эта птица ведет себя непредсказуемо при встрече с охотником и его собакой. Рассмотрим наиболее распространенные варианты действий лесного кулика.

Читайте также:  Манок на лису своими руками: писк мыши и раненый заяц

Назвать вальдшнепа птицей, тяжелой на подъем, нельзя. Но в ряде случаев лесной кулик предпочитает полагаться больше на собственные ноги, чем на крылья. Услышав приближение охотника или собаки, вальдшнеп может счесть благоразумным тихонько убежать с пути, скрываясь в траве. Таких вальдшнепов охотники называют бегунками.

Чтобы добыть «бегунка», необходимо сначала заметить его присутствие. Затем собаке дают команду остановиться и залечь, а охотник широким полукругом обходит добычу так, чтобы оказаться у нее на пути. Затем собаке дают команду на преследование и легавая поднимает вальдшнепа на охотника. Если не применить тактическую хитрость, то собака может гнать вальдшнепа вперед очень долго, до сотни метров. И в результате птица поднимется на крыло за пределами дальности выстрела.

Впрочем, обход «бегунка» тоже может сыграть дурную шутку с охотником. Видя опасность со всех сторон, вальдшнеп нередко поднимается на крыло в сторону охотника, стремительно сокращая дистанцию.

Такую птицу иногда называют «атакующей». И такое определение не является большим преувеличением. Прицелиться в вальдшнепа, который летит прямо в лицо охотнику, достаточно сложно.

С одной стороны, каждый охотник понимает, что выстрел почти в упор просто разнесет добычу на мелкие кусочки. А с другой — инстинктивно хочется увернуться от полукилограммового живого снаряда с острым клювом, несущегося прямо в лицо. Любое же движение охотника может заставить птицу уйти в сторону на знаменитые вальдшнеповские виражи между деревьев. А попасть в петляющую между древесными стволами шуструю птицу почти невозможно.

«Атакующий вальдшнеп» в большинстве случаев уходит от охотника невредимым, запоминая тактику и успешно применяя ее в последствии.

На открытое место вальдшнеп выходит не часто. В основном, это происходит, когда птица кормится после дождя. Казалось бы, на открытом пространстве добыть вальдшнепа достаточно просто. Но у этой птицы уникальные навыки избегать попадания в траекторию выстрела.

Завидев опасность, лесной кулик бросается в сторону ближайшего укрытия. Если в качестве спасительной защиты выбран одинокий кустарник, растущий на открытой поляне, вальдшнеп попытается затаиться в нем. А взлетать в случае отсутствия альтернативы станет по другую сторону куста, относительно охотника. В качестве спасительного укрытия могут быть использованы вальдшнепом и одинокие деревья.

Лесной кулик изо всех сил будет стараться взлететь так, чтобы между ним и охотником было как можно больше препятствий. Единственно верное поведение охотника в таком случае — это правильно угадать место, куда направится лесной кулик, и выбрать хорошую позицию для стрельбы до того, как собака погонит добычу к укрытию, и попытаться поднять птицу на крыло до того, как она достигнет укрытия. Чтобы заставить вальдшнепа взлететь, можно бросить в его направлении какой-нибудь крупный предмет. Это может быть патронташ, шапка или поясная сумка.

Хитрость вальдшнепа не ограничивается пешим маневрированием в сторону укрытия. Иногда птица способна обойти собаку кругом и затаиться, встав на собственный след. Такое поведение свойственно больше зайцу или лисе. Но лесной кулик не просто так снискал славу хитрой и осторожной птицы. Выявить такой маневр вальдшнепа можно по поведению легавой.

Сделав стойку ,собака начинает проявлять признаки растерянности. Заметив это, охотнику следует очень осторожно занять позицию, обеспечивающую круговой обзор. Резкое движение, скорее всего, заставит птицу взлететь. А если это происходит за спиной охотника, то подстрелить добычу уже шансов остается очень мало, поскольку у стрелка есть меньше секунды на то, чтобы сделать выстрел.

Впрочем, обход «бегунка» тоже может сыграть дурную шутку с охотником. Видя опасность со всех сторон, вальдшнеп нередко поднимается на крыло в сторону охотника, стремительно сокращая дистанцию.

Охота началась

Возле одного из загородных водных каналов я заглушил автомобиль и вышел из него, сменив легкую замшевую обувь на сапоги. Мы с друзьями несколько минут любовались природой, неторопливо двигающейся водой в укрепленных бетоном берегах. Разделившись на две группы, обошли канал с обеих сторон и углубились в лесные охотничьи угодья.

Нас немедленно атаковали комары. Их были тучи. Но мы тоже опытные товарищи, далеко не новички в лесу. Накануне поездки посетили специализированный магазин и запаслись репеллентами Нам и самим хотелось испытать средство в деле.

Синхронно, как в американских боевиках, достали баллончики с ядовитым спреем и направили струи в сторону насекомых, а затем оросили друг друга. Ура! Подействовало! Комары почуяли неприятный запах спрея и разлетелись.

Но, как только наш отряд покинул перелесок и ступил на болотные кочки, комары налетели опять. Внимательно изучив текст на баллончиках, выяснили, что действует это средство в пределах трех часов. А дальше как поступать, думайте сами. Но мы уже в лесу, средство израсходовано, ничего не поделаешь… Продолжаем движение.

Мы отбивались от злобных насекомых изо всех сил. Баллончики были уже пустыми. Отмахивались ветками и руками, обвязывали лицо и голову шарфами и платками, но надежной защитой это было назвать никак нельзя.

Способы охоты

– охота на тяге;
– хота на грязи;
– на осенних высыпках;
– охота в капель;
– охота с собакой.

В это время птицы могут вылетать из своего укрытия на ночную кормежку, при этом они не садятся «на грязь», а летят к открытым полям. Такой вылет носит название осенней тяги, к настоящей тяге это никак не относится, так как птицы летят с большой скоростью, при этом никаких звуков не издают, могут неожиданно появиться и так же исчезнуть. При обнаружении места откуда они вылетают, охота больше напомнит спортивное соревнование, при котором важен меткий выстрел, моментальная реакция и хорошая охотничья собака, для того чтобы найти подстреленную добычу.

На хуторах

Сырой пенек, шершавый от терзаний мороза, дождя и ветра нагретый за день теплым весенним солнцем, источал приятный сладковато-кислый запах, он, смешиваясь с ароматом прошлогодней листвы, с потоками влажного холодного воздуха от тающего снега составлял тот самый весенний коктейль который будоражит душу, заставляя биться сердце чаще и дышать полной грудью.

Он стоял практически по центру поляны, на нем было очень удобно сидеть, и обзор с него был великолепный. Поляна являла собой продолжение поля, которое вдавалось в лес метров на сто пятьдесят, а в ширину — шестьдесят. Рядом с ней была еще одна поменьше, их разделяла тоненькая полоска из берез с разрывом посередине. Напротив него и был поставлен кем-то пенек.
Именно оттуда, как правило, вылетали вальдшнепы, они пролетали вдоль невидимой лесной дороги, сворачивали на поляны и пересекали их через этот разрыв. Еще неплохо они тянули над границей леса со стороны поля в лес и в самом углу поляны. В этом месте легко можно было охотиться вчетвером.

Читайте также:  Воронение оружия в домашних условиях: особенности и правила

Так было и в этот раз. Они стояли молча, повернувшись к открытому полю, ловя последние лучи солнца. Охотники специально пришли пораньше, но не для того чтобы занять наилучшее место, ведь они здесь охотятся уже много лет, а чтобы просто насладиться чудесным вечером.

«Красота» — сказал один из них, «действительно» — улыбнувшись согласились остальные. Открывавшийся с поляны вид на самом деле был замечателен — поле постепенно спускалось к пойме небольшой речки, на берегу которой раскинулось село с красивой деревянной церковью.
Апрельский теплый день постепенно угасал и от заходящего солнца крыши домов окрасились в красный цвет. «Отличный вечер, ветра нет, сегодня должны хорошо тянуть»- вынесли вердикт охотники.

Наконец, блеснув еще раз, солнце скрылось за горизонтом и тени от деревьев сразу захватили все пространство на поляне. Воздух стал чуть холоднее. Пора расходиться, сказал один из них, а то как в прошлый раз первый пролетит рано и застанет всех врасплох. Договорились, что один встанет ближе к краю поля, другой в углу поляны, третий уйдет на соседнюю, ну а четвертый останется у пня. Проверив, на всякий случай, заряжены ли ружья, они разошлись. Еще не дойдя до своих мест услышали далекое хорканье, кто-то ускорил шаг, а кто-то остановился и стал ждать птицу. Но лесной кулик и не думал вылетать на охотников, протянув вдоль лесной дороги, чуть в стороне от поляны он пропал в глубине леса.

Начало смеркаться, уже прошло минут пятнадцать, а тяга что-то все не начиналась, может и не будет ее вовсе, думали охотники. Но вот послышалось хорканье со стороны поля, человек стоявший у его края вскинул ружье и тут же прозвучал дуплет. Птица, кувыркнувшись от прошедших рядом снопов дроби, резко повернула в лес, не дав остальным попытать удачу.

Немного успокоившись, они стали снова вслушиваться в звуки постепенно засыпающего леса, голоса птиц все реже и реже нарушали тишину. Где-то рядом пролетели чирки, со свистом рассекая воздух крыльями, в сторону речки. Но вот послышалось опять долгожданное хорканье, вальдшнеп, обогнув стороной охотника, стоявшего на маленькой поляне направился к разрыву в полосе. Сердце учащенно забилось, потекли секунды томительного ожидания у того кто стоял рядом с пнем. Он без суеты плавно поднял ружье и, взяв небольшое упреждение, выстрелил. Кулик словно наткнувшись на невидимую стену кубарем полетел к его ногам. Есть, радостно воскликнул он.

Ночь все больше окутывала окрестности. В небе зажглись первые звезды. Стоявшую тишину нарушал лишь доносившийся из села лай собак да коростель радовался наступившей весне. Охотники, снова собравшись у пня, курили и оживленно беседовали. Трое из них держали по одному трофею, а один, который охотился посредине поляны — двух. Самое удачное место не подвело.

Не спеша шли они по полю в сторону села, а поляна постепенно растворялась в ночи за их спиной, вверху светили ярко звезды. Шли, громко смеясь, рассказывая охотничьи байки, а на душе у них было так хорошо, ведь для них не так был важен исход охоты — главное было окунуться в этот проснувшийся от зимней спячки удивительный весенний мир. А эта охота, как ни какая другая может это позволить.

Этот рассказ дает небольшое представление об этой популярной охоте. Теперь же попробуем рассмотреть все ее тонкости.


Этот рассказ дает небольшое представление об этой популярной охоте. Теперь же попробуем рассмотреть все ее тонкости.

На охоте — рассказ от Александра Карповецкого.

Друзья, в нашем коллективе имеется охотник-писатель под творческим псевдонимом Карповецкий. Правда про охоту он пишет мало но всё что будет писать, обещал первым делом приносить к нам на сайт. Сегодня его первая публикация, рассказ «На охоте». Прошу не просто прочесть но и задавать вопросы, высказывать своё мнение и делиться своими рассказами, историями и впечатлениями. Каждую пятницу, для Вас, продолжение увлекательного рассказа про нас про всех. Многие скажут что это про них, и на охоте этой они были, и людей этих знают. Кто знает, может ошибутся не все…

— Саныч, заканчивай её нахваливать, сглазишь.

Принцесса.

Однако всё же решающую роль здесь играет мастерство собаки, особенно умение пользоваться верхним чутьём. Легавая в этом случае имеет несомненное преимущество перед спаниелем, склонным больше к следовой работе.

Исповедь бывшей любовницы. От неправильной любви – к настоящей

  • Читаю
  • Хочу прочесть
  • В архив
  • 34559
  • 9
  • 13

Гарри Поттер и философский камень книга 1 .

Гарри Поттер и философский камень книга 1 .

Ареал

Распространён в лесной и лесостепной полосе Евразии от Пиренейских гор на западе до тихоокеанского побережья на востоке. На север поднимается в Скандинавии до 69° с. ш., в Финляндии и на Соловецких островах до 66° с. ш.,Архангельская область на Урале до 66° с. ш., в долинах Енисея и Оби до 66° с. ш., в бассейнах Лены и Колымы до 64° с. ш. Южная граница гнездового ареала проходит через Пиренеи, южные склоны Альп, Балканы, южные Карпаты, центральные районы Украины, Центральное Черноземье, Поволжье до 52° с. ш., Западную Сибирь до 55° с. ш., Алтай, хребет Танну-Ола, нагорье Кентей в Монголии, китайскую провинцию Хэйлунцзян и российское Приморье. За пределами материка встречается на Канарских>, Азорских и Британских островах, на острове Мадейра и в Японии.

На большей части ареала перелётная птица. Лишь популяции островов Атлантики и приморских стран Западной Европы ведут оседлый образ жизни. Осенний отлёт обычно связан с первыми заморозками и в зависимости от широты и сезона может проходить с октября по ноябрь. Перед началом миграции характерны так называемые «высыпки» — внезапные появления вальдшнепов в местах, где они никогда не гнездились. Весенние кочёвки при тёплой погоде начинаются уже в начале февраля. В конце марта — середине мая, когда появляются первые большие проталины, птицы уже прибывают к местам гнездовий. Пролёт одиночный, парами или группами от 6 птиц и более. На высыпках появляются последовательно в период миграции, но не стаями. Зимует в Западной и Южной Европе, Северной Африке, Иране, Афганистане, Индии, Цейлоне и странах Индокитая. В пределах бывшего СССР отмечены зимовки на южном берегу Крыма, в низовьях Кавказа, редко в Туркменистане. Для вида характерен большой процент филопатрии — большинство птиц возвращается в те же места, где появились на свет сами.

Ссылка на основную публикацию